Однако далеко от института Ева отъехать не смогла. Буквально на первом же повороте она расширившимися от ужаса глазами увидела, как, целясь в зад ее машины, на большой скорости несется автомобиль. Все это произошло за считаные секунды. Ева оцепенела, понимая, что сделать уже ничего нельзя, избежать столкновения не удастся. Она сжалась и вцепилась руками в руль: к сожалению, ее «чудо-машина» не укомплектовывалась подушкой безопасности. Удар оказался такой силы, что Ева все равно стукнулась о руль, а «Жигули» отбросило вперед на несколько метров. Грохот от удара раздался такой, словно взорвалась граната. Затем повисла тишина и место аварии погрузилось в полную темноту, так как фары, освещавшие пространство, разбились при столкновении. Шатающейся походкой, хрустя каблуками по битому стеклу, Ева приблизилась к черному «Мерседесу». Водитель оттуда не выходил. Лобовое тонированное стекло все покрылось мелкими трещинками, словно паутиной. На смятый зад своей машины Ева боялась даже посмотреть, чтобы не заплакать от отчаяния. Она всегда так аккуратно ездила, так боялась покалечить свою любимицу! Регулярно проводила диагностику в автосервисе и мыла свое авто. Этот злополучный «Мерседес» был ее любимой моделью. Такой аккуратненький, с четырьмя круглыми фарами, словно глазками, и задорно торчащим значком «Мерседеса» на капоте. Сейчас разбитые круглые фары зияли, словно пустые глазницы, а значок «Мерседеса» лежал горизонтально, прижавшись к поверхности капота, словно в обмороке.

Из двери водителя по-прежнему никто не показывался.

— Эй… — Ева постучала в стекло, а затем попыталась открыть дверь, которую перекосило при столкновении.

Водитель все-таки помог ей изнутри, и дверь поддалась. Глазам Евы предстал мужчина средних лет, насколько это можно было понять на первый взгляд, так как все его лицо и светлый пиджак с брюками залило кровью. Абсолютно голый череп поблескивал в рассеянном ночном свете. Мужчина открыл темные, ввалившиеся глаза и тихо произнес низким голосом: