Циборовский, по свидетельству очевидцев, также стрелял, правда, оружия его не нашли. Мы привезли вашего клиента в милицию, стали с ним беседовать, подчеркиваю, просто беседовать - наши сотрудники не применяли по отношению к нему никаких действий. Вдруг неожиданно у господина Циборовского началось что-то вроде истерики: он начал бросаться на наших сотрудников, потом голову себе в камере расшиб - об стены бился. Теперь угрожает, что покончит жизнь самоубийством, если к нему не вызовут его адвоката. Вашу фамилию назвал и номер пейджера дал. Мы сочли за лучшее поскорее с вами связаться.

- Да, - согласился я, - интересно... Могу я видеть своего клиента?

- Конечно, - ответил Сергеев. - Я полагаю, именно для этого вы и приехали! - И неуверенно добавил: - К вам просьба большая - постарайтесь как-то успокоить его. Мы ему даже "Скорую" вызвать хотели, но он наотрез отказался общаться с врачами... А вообще, как вы полагаете - ваш клиент способен выполнить свою угрозу?

- Я не настолько близко знаком с ним, чтобы быть уверенным в его поступках, но, насколько понимаю склад его характера, он обычно выполняет свои обещания. Так что исключать возможность самоубийства не советую"

Сергеев помрачнел и пробубнил:

- Этого нам только и не хватало. Я вас очень прошу, переговорите с ним, пусть ничего такого не делает. Мы понять не можем - что на него нашло, ведь против него ничего особенного пока нет. Были показания, что он стрелял, но оружие не нашли. Вы как адвокат разъясните ему. Мы оружие, конечно, ищем... но найдем ли - тоже неизвестно.

- В таком случае почему бы вам не отпустить его?

- Этого мы сделать не можем. Пока он задержан по Указу, - объяснил Сергеев. - Пойдемте вниз, - пригласил он, показывая рукой на дверь.

Мы спустились на первый этаж, подошли к тому же дежурному по отделению. Сергеев кивнул ему:

- Открой камеру!

Тот удивленно посмотрел на начальника, потом перевел взгляд на меня: