- Что ж, благодарю...

В ответе Риммы звучало столько равнодушия, что я раздраженно взглянул на нее.

- Вы не хотите стать профессиональной певицей?

- Я готова стать кем угодно, лишь бы заработать себе на хлеб.

- Вот и хорошо. Завтра же я поговорю с ним.

Я сбросил башмаки, намекая Римме, что ей пора уходить, но она все еще неподвижно стояла в дверях, не спуская с меня больших темно-голубых глаз.

- Я хочу завалиться спать, - сказал я. - Завтра встретимся, я переговорю с этим человеком.

- Спасибо. - Она не шевельнулась. - Большое спасибо. - Римма помолчала. - Мне очень неприятно просить, но не могли бы вы одолжить мне пять долларов? Я совсем на мели.

Я снял пиджак и швырнул его на стул.

- И я тоже. Перебиваюсь кое-как уже полгода. Не надо ломать голову. Со временем вы привыкнете.

- Да, но я целый день ничего не ела.

Я начал развязывать галстук.

- Извините. Я тоже без денег, и поделиться с вами мне просто нечем. Отправляйтесь-ка лучше спать. Когда человек спит, он забывает о голоде.

Римма внезапно повернулась и встала ко мне так, чтобы я видел ее грудь сбоку. Лицо ее совершенно ничего не выражало.

- Мне нужны деньги, - заявила она. - Если вы одолжите мне пять долларов, я проведу с вами ночь. Деньги я потом верну.

Я повесил пиджак в гардероб и, стоя к девушке спиной, крикнул:

- Довольно! Я уже сказал тебе: романы заводить я не намерен. Убирайся!

Я слышал, как хлопнула дверь моей комнаты, и поморщился. Повернув ключ, я умылся в жестяном тазу на туалетном столике, заменил пластырь на лице и улегся в кровать.

Римма не выходила у меня из головы. Впервые за последние месяцы я думал о женщине. Почему она до сих пор не стала певицей? Почему с ее голосом, внешностью и постоянной готовностью переспать с кем угодно она до сих пор не сделала карьеры? Возможно, мой знакомый, владелец ночного клуба "Голубая роза" Уилли Флойд, заинтересуется ею.