Но, оказывается, я не так уж хорошо его знал, чтобы считать своим старым собутыльником, об этом я мог судить по его словам и по тому, каким тоном они были сказаны:

- Привет, Рыжий. Слыхал, ты здесь поселился.

Рыжий - это не мое имя. Я - Геллер, Натан Геллер, Нейт. Но ни в коем случае не Рыжий, несмотря на то, что оброс всюду рыжевато-каштановыми волосами, доставшимися в наследство от моей матери.

- Этот кабак как раз на полпути между Диборн и Ла-Саль-стрит. Мне удобно, - пожал я плечами.

Происходило это около трех часов дня. Вообще, здесь было славное местечко, особенно для меня, одного из сыщиков "конторы" мэра: свой человек у входа, свой - за стойкой бара. Только малость тесновато, как в шкатулке полно темного дерева, позади бара зеркало, везде фото знаменитостей или почти знаменитостей в рамках, с автографами на лицах, уставившихся на меня.

Так же, как и Лэнг с Миллером.

- Взять вам по чашке кофе? - спросил я, слегка привстав.

Я был агентом в штатском, работающим в группе по карманникам. А эти парни - самыми высокооплачиваемыми детективами в городе; к тому же сержанты, и, может, они и не заслуживали уважения, но я-то знал, что его нужно выказать.

Они никак не отреагировали. Лэнг продолжал стоять - руки в карманах пальто, снег запорошил плечи, будто перхоть, - покачиваясь с носков на пятки, как деревянная лошадка. Было ли это от нервов или от скуки - сказать не берусь. Я только чувствовал, что вокруг сгущается что-то нехорошее. Тут же стоял столбом и Миллер - вроде одного из львов перед зданием Института искусств, только видом попротивнее; к тому же львы бронзовые, а этот был тусклым - одним словом, коп.

Потом Миллер заговорил.

- Нам нужен третий, - процедил он.

Так разговаривают, когда хотят выглядеть "крутым": монотонно и немного отрывисто. Это было довольно смешно, но меня что-то не позабавило.

- Третий - кто? - спросил я.