В женской консультации жду в утомительной очереди и от усталости уже не волнуюсь. Поэтому сообщение о беременности обрушивается на меня огромным пыльным мешком. Слова «восемь с половиной недель беременности» доходят до меня медленно, словно сквозь вату, и я просто продолжаю сидеть в гинекологическом кресле, судорожно комкая в руках колготки. Пожилая докторша с неодобрением посматривает на меня, а я не могу произнести ничего. Дышать тяжело. Счастье так огромно, так долгожданно и навалилось настолько неожиданно, что я только хлопаю глазами. Вид, должно быть, у меня чрезвычайно глупый, но в эту минуту мне не до этого. Из ступора меня выводит голос врача.

– Вот вам, девушка, направления на анализы. Аборт рекомендую делать у нас. С готовыми анализами в кассу две тысячи, с чеком за направлением ко мне. Дешевле вы вряд ли найдете, если, конечно, не предпочитаете без наркоза в порядке живой очереди. И советую поторопиться, все-таки почти девять недель.

Смысл слов эскулапа в юбке до меня доходит отнюдь не сразу. Я соскакиваю на холодный пол и как есть, босиком бросаюсь к врачихиному столу.

– Какой аборт, почему? Со мной что-то не в порядке?

– Так вы собираетесь рожать? Так бы сразу и сказали, а то молчит, как проштрафившаяся школьница. Вроде взрослая дама, – тут докторша в первый раз за прием смотрит на меня внимательно и вдруг улыбается. – Нынче редко рожают, – более миролюбиво объясняет она, – из десяти дай бог двое хотят ребенка, а остальные как заслышат про роды, так сразу на аборт бегут. И одевайтесь, ради бога.

Я выхожу на улицу и полной грудью вдыхаю свежий мартовский ветер. Мимо меня проходит молодая женщина с детской коляской. Неужели следующей весной я буду вот так же гулять по улицам, заботливо посматривая на мирно посапывающего малыша?! Он будет самым красивым, самым умным, самым-самым. Или это будет девочка? Моя малышка… Мартовское солнышко приятно согревает лицо, многоголосье птичьего гама, кажется, заглушает постоянный гул Московского проспекта. Сегодня я наконец-то чувствую, что в город пришла весна.