В ту ночь в Роксбери случился большой пожар, и от них тоже вызвали в помощь пару машин, и тогда, собираясь к выезду, Нэш даже ляпнул кому-то, до чего рад снова оказаться дома и как без всего этого скучал. Но блаженствовал он недолго, беспокойство вернулось уже через несколько дней, и как только Нэш ночью ложился в постель, перед глазами вставал «сааб». На выходные он съездил в Мэн, от чего ему стало только, кажется, хуже, потому что поездка вышла короткая, и у Нэша потом руки чесались, просясь за руль. Он хотел вернуться к нормальной жизни, он старался, но мысленно продолжал ездить до такого же изнеможения, как в те две недели, и в конце концов Нэш сдался. Увольняться он не хотел, однако отпуска больше не полагалось, и что еще оставалось делать? Проработав пожарником семь лет, Нэш поначалу даже ужаснулся от самой мысли об увольнении — как он мог так подумать, как можно все бросить из-за какого-то неясного, видите ли, порыва, из беспричинного беспокойства? Это была единственная работа, которой Нэш в жизни дорожил и всегда считал там себя на своем месте. Бросив колледж, он за несколько лет перепробовал разное — был продавцом в книжном магазине, перевозчиком мебели, барменом и таксистом — и пойти сдать на пожарника решил случайно, только лишь потому, что в тот вечер ему попался пассажир, ехавший на экзамен, и Нэш с ним разговорился и захотел тоже попробовать. Человек тот провалился на экзамене, а Нэш получил самый высокий в том году балл, и неожиданно ему предложили работу, о какой он думал разве что года в четыре. Когда он позвонил и всё рассказал Донне, та над ним посмеялась, однако Нэш не отказался от предложения, решив для начала по крайней мере закончить курсы. Выбор он сделал, конечно, странный, но, как выяснилось, работа его захватывала целиком, и Нэш был от этого счастлив, больше не задаваясь вопросом зачем и почему.