- Бог свидетель миссис Хейт! Я сделал все, что в моих силах!

Но она даже взглядом его не удостоила.

- Поймайте вон того здоровенного, с недоуздком, - сказала она холодно, с легкой одышкой. - Чтоб духу его здесь не было.

- Само собой! - завопил Сноупс. - Только обождите малость, дайте им успокоиться. Только не спугните их.

- Осторожней! - крикнула старая Хет. - Он снова сюда скачет!

- Несите веревку, - сказала миссис Хейт, опять уже на бегу.

Сноупс в ярости поглядел на старую Хет.

- Да где я ее возьму, эту веревку? - заорал он.

- Да в подполе! - заорала старая Хет, которая тоже не зевала. - Бегите с той стороны, наперехват.

Они с миссис Хейт снова свернули за угол в самое время, чтобы увидеть, как мул с недоуздком опять плыл на облаке кур, которых вновь настиг все там же, потому что они пробежали под домом по прямой, тогда как он бежал по окружности. Свернув в очередной раз за угол, они снова очутились на заднем дворе.

- Разрази меня бог! - крикнула старая Хет. - Он сейчас корову залягает!

Мул, наконец, остановился, и они его догнали. Собственно говоря, из-за угла они прямиком угодили в самую эту живую картину. Корова уже выскочила из коровника на середину двора. Теперь они с мулом стояли нос к носу, в нескольких шагах друг от друга. Неподвижные, пригнув головы и растопырив передние ноги, они словно составляли две симметричные части единого орнамента, который охотно купил бы всякий любитель буколики, а ребенок выудил бы из хлама, наигрался, поставил рядом и позабыл; голова и плечи Сноупса торчали теперь из подпола, где крышка была откинута и рядом все еще стояло ведро с угольями, а Сноупс торчал, будто зарытый в землю по плечи, как вдова, которую по испано-индейско-американскому обычаю хоронят вместе с мужем.