Обессилевшая, она упала на песок. К ней подошел Кирилл и, опустившись на колени, заботливо спросил:

— Тебе плохо?

Лоре было не столько плохо, сколько стыдно, и она неожиданно зло сказала:

— Уйди! Я прошу тебя — уйди! — Язык плохо ей повиновался.

Кирилл поднялся на ноги, но не уходил. Лора перевернулась на живот и уткнулась лицом в ладони. Как сквозь вату до нее донесся голос Крота:

— Тебя же попросили уйти, друг! Что ты торчишь здесь как столб?

— А разве тебя это касается? — враждебно сказал Кирилл. — Я стою где хочу.

— Только не здесь, — отрезал Крот. — Я вообще не понимаю, что ты здесь делаешь — мы все свои, мы веселимся, а ты ходишь трезвый и липнешь к чужим бабам!

— К чужим я не липну, — серьезно произнес Кирилл.

Лора подняла голову. Ладная фигура Крота нависала над Кириллом. Поигрывая мышцами. Крот недобро усмехался.

— А я говорю, ты липнешь к моей девчонке! — угрожающе сказал он.

— Пусть она это скажет, — упрямо заявил Кирилл.

Крот оглянулся и бесцеремонно дотронулся большим пальцем ноги до плеча Лоры.

— Скажи ему, — распорядился он.

— А пошли вы все к черту! — пробормотала Лора. У нее страшно кружилась голова.

— Слышал? — значительно произнес Крот. — Так что проваливай.

— Если верить ее словам, — сказал Кирилл, — то проваливать мы должны оба!

— Ах, ты не понял? — зловеще спросил Крот. Он вдруг резко выбросил вперед левую руку и ударил Кирилла в солнечное сплетение. Тот охнул и согнулся. Но в этот момент правый кулак Крота обрушился на его челюсть и опрокинул на песок. Кирилл тут же попытался подняться, однако Крот безжалостно пнул его ногой в лицо. Звук был такой, будто палкой ударили по куску сырого мяса. Кирилл упал ничком и затих.