«Это невозможно!» — так думали многие присутствующие (они, кстати, в массе своей поставили на Черкасова), так думал сам Черкасов и потихоньку начала подумывать Матильда, когда зависла над зеленым сукном под абажуром, примериваясь для удара.
Тут-то как раз и вошел в бильярдную Степан Гудков, секретарь Рогожско-Симоновского райкома партии, просветленный мастер, буддист Чистой Земли. Он с одного взгляда все понял про Матильду, увидел ее судьбу и место, которое эта женщина займет в его жизни.
Матильда тоже что-то почуяла и, нарушая все обычаи бильярда, вдруг подняла голову и встретилась глазами со Степаном. Сколько длился этот взгляд, точно неизвестно. До нас дошли только слова Степана, которые он произнес в полной тишине:
— Не трать время, играя на флейте перед буйволами.
А потом повернулся и вышел из бильярдной.
Не сводя глаз с Гудкова, Матильда вслепую ударила по шару, положила кий и вышла вслед за ним. Но этого никто не заметил.
Зрители, затаив дыхание, следили, как «свой» мягко прикоснулся к «чужому», и оба они медленно, медленно-медленно — один за другим покатились и упали в лузу.
Крик, свист, аплодисменты сотрясли феодосийскую бильярдную, на кленовый паркет которой больше никогда не ступала легкая нога сестры-хозяйки санатория Военно-Морского флота. Поскольку Степан Гудков увез Матильду из Феодосии и женился на ней.
29. Фаина очень страдала и ревновала Степана Степановича к Матильде.
— Как ты можешь, — с укором говорил Фаине Степан, — считать Матильду индивидуальной и независимой сущностью, а не временной комбинацией элементов, которые должны распасться?
30. Однажды Иосиф Виссарионович Сталин прослышал о том, что Степан Гудков, занимая высокий руководящий пост секретаря партийной организации Рогожско-Симоновского райкома партии, распространяет среди рабочих и крестьян своего района какие-то нехитрые способы, как побыстрее и не слишком напрягаясь узреть в своем сознании природу Будды и выскочить из порочного круга рождений и смертей, которые, по его безапелляционному утверждению, являют собою лишь сон и мираж.