— Есть поручитель?

— То-то поручителев-то ноне нету; главная причина, все испоручались.

— Ну, внеси еще паю и бери на свои.

(Товарищ Власа также присутствует здесь и говорит то же самое.)

— А больше нам нельзя друг за дружку поручиться?

— Нельзя, до тех пор, пока не заплатишь.

— Да мы заплатили.

— Ну и поручайтесь опять друг за друга в двенадцать рублей пятьдесят копеек. А больше нельзя. Ведите других поручителей.

— То-то нету поручителев-то.

— Ну, а нету — нельзя. Прибавляйте паю и берите на свои. Внесите еще по два рубля, можно выдать по три, то есть уж по восемнадцати рублей.

Влас с товарищем переглядываются. Долго раздумывать им не приходится, и вот они оба говорят:

— Ладно… что ж… А сейчас по два-то рубли надо?

— Да есть с вами деньги?

— То-то нету только-то. Мы было на проценты захватили…

— Так я запишу за вами по два рубля и проценты вычту, — говорит снисходительный член правления: — а что останется — на руки возьмете.

Оба Власа опять соглашаются.

Из 18 рублей вычитают 2 рубля в пай и 1 р. 26 к. (из снисходительности им отсрочили на 7 месяцев) процентов, на руки Власы получают по 14 р. 74 к. Из 74 к. половина остается в кабаке, а за недоданные до 16 р. Сидору Петровичу Влас четыре, а то и пять дней на него работает.

— Ну, оно… тово… Оно ведь барышом набегает… Теперь у нас у обоих уж по четыре рублевки заложено в банку-то… Ну, оно там и нарастает полегоньку…

— Что ж… Пущай… Ничего..

Кончился год, собрали общее собрание. Приехал и Влас, разузнать, много ли набежало барышей.

— Прибыли вам нет.

— Как так? У нас по четыре?..

— Очень просто — как! Вы когда вносили деньги-то?

— Весной, поди, до святой!