— Мы продаем билеты только в музей, а такого места, где танцуют танец живота, здесь нет, — ответила кассирша и добавила, что входной билет стоит десять турецких лир. Юсуф почесал затылок и покрепче прижал к себе мешок, не зная, что же ему теперь делать, а женщина в кассе и один из смотрителей с подозрением наблюдали за ним. Одет он был совсем не так, как люди, интересующиеся музеями.
Тут из соседнего зала появилась еще одна смотрительница и спросила, в чем дело. Когда ей объяснили, она улыбнулась Юсуфу:
— Ты хочешь посмотреть на танцовщицу?
— Да! — смутился Юсуф. Он выглядел так, словно скрывал свои истинные намерения. Как будто намерения его были не вполне чисты.
— Иди за мной! — велела смотрительница, но кассирша заявила, что у Юсуфа нет входного билета. Тогда Юсуф достал десять лир и отправился за смотрительницей; за ними последовал и смотритель, не скрывавший недоверия к странному посетителю.
В зале, где перед скамейкой для отдыха стояли мраморные римские императоры, которых при приближении посетителей освещал яркий свет, на отдельном постаменте возвышалась крупная женская фигура в развевающемся одеянии темного цвета.
— Вот твоя танцовщица, исполняющая танец живота! — указала смотрительница и усадила Юсуфа на скамейку перед скульптурой. — В давние времена небольшие копии, сделанные с нее, покупали женщины, которые хотели родить.
— Откуда она? — спросил ошеломленный Юсуф.
— Из местечка Перге, — ответила смотрительница. — На постаменте есть табличка, там всё написано.
— Из моих родных мест?
— Да, если ты действительно оттуда. Она жила там задолго до тебя. Но она не турчанка, она гречанка.
Смотрительница отправилась дальше по своим музейным делам, но возле Юсуфа остался смотритель, который продолжал с подозрением наблюдать за ним. Юсуф действительно был похож на человека, способного создать проблемы или даже нанести ущерб музею. Поэтому он поскорее встал и тут же убрался подальше от этих следивших за ним враждебных глаз. Но сдаваться Юсуф не собирался. Думал, думал и придумал. Он обхитрит этого смотрителя.