– Наверное, кто-то облевался.

– Чертовски аккуратные ребята. Сначала скатали ковер, а потом заблевали пол. Сверху ковер сухой. Пощупайте.

– Верю на слово.

– Может, мне стоит спросить у Пинеро? Бьюсь об заклад, он мне поможет. Вы знаете Пинеро? Тико?

– Послушайте, почему бы вам не назвать свое имя и номер значка? – Боргезе извлек из кармана куртки записную книжку, вынул ручку из нагрудного кармашка рубашки.

– Кто-то говорит, что я полицейский? – Демпси удивленно округлил глаза.

– Вы не из полиции? – Боргезе переступил ногами, принимая агрессивную позу.

Демпси вытащил пистолет и небрежно направил ствол на Боргезе.

– Зато у меня пистолет. Впечатляет?

Боргезе отступил на шаг назад.

– Эй… черт!

– Похоже на полицейский пистолет, тебе не кажется? Я имею в виду, если бы кто-нибудь подошел ко мне здесь с такой штуковиной и представился полицейским, я бы сказал: «Вот здорово! Моя полиция меня бережет!» А ты не хочешь это сказать?

Боргезе отчаянно старался придать своему лицу бесстрастное выражение.

– Ответь на один вопрос, Боб. Я видел, как ты затаскивал сюда девчонку лет пятнадцати. Что с ней произошло?

– Слушайте, они сами сюда приходят.

– А потом? Что с ними происходит потом?

– Вы и без меня все знаете.

Демпси повторил вопрос, и Боргезе, с видом человека, готового пойти на отчаянные меры, сказал:

– Занимаются сексом, наверное.

– Занимаются сексом, – задумчиво повторил Демпси. – Похоже, ты прав.

Он схватил Боргезе за ворот рубашки, крепко прижал к стене и сунул ствол ему под подбородок.

– Однажды мы с Пинеро допрашивали парня, и я играл «плохого» полицейского, чтобы его расколоть. Пинеро сказал, что за эту роль «Оскар» мне обеспечен. Он сказал, что я так здорово вошел в образ потому, что и на самом деле малость не в своем уме. Тогда я не согласился с ним. Мне казалось, я себя контролировал. Но позже я задался вопросом, а не попал ли Пинеро в точку. На допросе со мной творилось что-то неладное. Нет, никаких голосов я не слышал. Ничего подобного. Просто все время такое ощущение, будто не можешь завинтить пробку на бутылке. Тебе это знакомо, Боб? Никак не попасть в резьбу, не совладать с напором дерьма, и оно прет, и прет, и прет!