После каждого такого урока Журбин обычно закуривал и рассказывал свою любимую историю: «Был я тогда еще на втором году сверхсрочки. Отрабатывал мой взвод забивание гвоздей в стену тыльной стороной ладони. Подошли к деревянному забору, построились в шеренгу. По счету „Раз» мои бойцы вдарили. У всех гвозди вошли по шляпки, а у одного только торчит как торчал. Говорю ему: „Сконцентрируйся, слоняра! На тебя Родина смотрит!» Собрался он, ударил. Гвоздь даже на миллиметр в доску не зашел. „Эх, ты, — говорю, — такими ручонками только кое-где ковыряться!» Подхожу и с ходу „Раз!» Гвоздь ни с места. Бойцы смотрят. Репутация ВДВ на кону. Я сконцентрировался, вложился в удар, как следует, как учили. Что ты думаешь? Гвоздь только чуть-чуть погнулся. Что за феномен? Зашли мы за забор. Смотрим… А к забору в том самом месте головой прислонился наш начальник штаба, спирта немного перебравший. Вот это ВДВ! Вот это концентрация!»
Где теперь старшина? Может, уже сгинул где-нибудь в горячей точке со своим холодным расчетом и концентрацией? Или стоит прислонившись хмельной башкой к чужому деревянному забору? А сам-то ты, Бекас, сколько раз отожмешься на кулаках, да пускай даже на ладонях? Сколько сможешь пробежать километров, пускай, в спортивных тапочках и налегке? А ведь сегодня утром, застегивая ремень, он опять отступил на одну дырочку. С чего бы это? С того. Даже эти скудные калории холостяцкого стола и те не отрабатываешь. Мы все толстели понемногу и где-нибудь, и как-нибудь… Оставь надежду похудеть, сидящий!…