Она скорее почувствовала, чем действительно увидела, что он, выйдя из ресторана, следует за ней. Ему было трудно идти по песку: Дайна издалека слышала его частое и тяжелое дыхание. Запоздало она вспомнила о сердечных таблетках, которые он регулярно принимал.
- Мне кажется, - мягко произнес он, - что ты ведешь себя немного как примадонна. Эта роль может оказаться решающей в твоей жизни. Ты...
- Мне не нравится, что ты начинаешь строить планы у меня за спиной.
- Мы с Рубенсом старые друзья. Я знаю его уже лет десять, а то и больше. Если ты посмотришь на мое предложение без эмоций, Дайна, ты поймешь, что это именно то, что тебе нужно.
Ее гнев вспыхнул с новой силой. "Что Рубенс знает обо мне, как об актрисе? Я прекрасно понимаю, на что он рассчитывает".
- Мне кажется, что ты заблуждаешься на сей счет.
Дайна лишь махнула рукой, отметая его возражения. "Один приятель пытается выгородить другого". Она отвернулась, избегая его настойчивого взгляда. В голове у нее царил полный хаос. "Имя Рубенса, - подумала она с горечью и злобой, - открывает любую дверь в Голливуде. Но какие двери оно открывает в моей душе?"
Неестественно яркое небо на западе над океаном походило на театральные декорации, напоминая Дайне о тяжелой борьбе, которую ей пришлось выдержать на пути от постоянных отказов к эпизодическим, а затем второстепенным ролям.
Солнечные лучи золотили горбинку у нее на переносице и превращали ее яркие фиалковые глаза в темные, почти черные. Ее обычно такие чувственные губы были сейчас плотно сжаты.