Люси. Ах, отец! Поговорите со мной ласково, мне так необходима сейчас ваша сердечность.

Сэр Джиофри. Сердечность?.. Я подозреваю, что от меня хотят чего-то добиться! Как она плачет! Что тебя беспокоит, моя бедняжка?

Люси. Вы так добры, что я осмеливаюсь рассказать вам. Я сидела одна и думала: отец постоянно мне не доверяет... не доверяет всем...

Сэр Джиофри. Ну и что же?

Люси. Однако по натуре - он великодушен. Так не могло быть всегда. Возможно, когда-то его обманула та, которую он любил. Но его Люси никогда его не обманет... Я поднялась и прислушалась к вашим шагам. Я услыхала их... и вот я здесь... здесь, на вашей груди, отец мой!

Сэр Джиофри. Никогда не обманешь меня... это хорошо... хорошо... Ну продолжай, моя милая, продолжай. (В сторону.) Если бы в конце концов она была действительно моей дочерью!

Люси. Есть один человек, он недавно приходил сюда, кажется, он вызвал ваше неудовольствие; этот человек хотел, чтобы вы поверили, будто он приходит сюда не из-за меня, а из-за моей подруги. На самом деле это не так, отец; он приходит только из-за меня. Так пусть он больше не является сюда, пусть я больше никогда не увижу его, так как... так... как... я чувствую его присутствие может сделать меня такой счастливой... а это огорчит вас, о мой отец!

В окне появляется фигура в маске, она наблюдает за происходящим.

Сэр Джиофри (в сторону). Должно быть, она действительно мое дитя! Благослови ее бог! (Люси.) Я никогда не буду больше сомневаться в тебе. Я откушу себе язык, если он скажет какое-нибудь грубое слово. Я вовсе не так плох, как это может показаться. Огорчит ли это меня?.. Да, это разобьет мне сердце. Ты не знаешь этих легкомысленных придворных... а я их знаю! Ну... ну... ну... не плачь... чем мне утешить ее?

Люси. Сказать?.. Разрешите мне поговорить с вами о моей матери?

Сэр Джиофри (отпрянув). Ах!

Люси. Не утешит ли вас, если вы узнаете, что ее подруга была в Лондоне и...