А со мной произошли еще удивительные приключения. Я увидел первого живого поэта Мотрича. Увидел его вершину и падение. Познакомился с парадоксальным Бахчаняном.

Потом приехал и в Москву — хоронил Крученых, хоронил сюрреалиста Соостера. Многих слышал, видел и знал. Я написал здесь «Русское» и «Золотой век». Узнал и полюбил Елену.

В Москве я познакомился с художниками Яковлевым, Ситниковым и Кабаковым, поэтами Холиным и Сапгиром, с Лилей Брик, послом Бурелли, академиком Мигдалом и коллекционером Костаки и другими.

Косность в лице учителя Якова Львовича Капрова и моей матери Раисы Федоровны Зыбиной хотела направить меня в общее русло жизни, но я оказался инстинктивно упрям. Я благодарю тебя — судьба и благодарю Вас — мой личные силы! Так разворачивайся далее — занимательная одиссеева жизнь!»

Московский этап Лимонова

1967–1974 гг.

оброс легендами.

Лимонов работающий строителем монтажником на сырой площадке цеха — близорукий, окончивший школу, оббивающий зубилом концы арматуры, чтобы бывший беспризорник украинец Золотаренко-старший сварил их вместе

такой Лимонов в сапогах и ватнике предстает нам из 1960 года.

Есть ли у национального героя Лимонова сбережения в банке, есть ли у него капитал?

Никакого!

У национального героя есть его гений и желание жить в новых формах жизни, дотоле не существовавших.

Для Лимонова нет определений «свободное время» «досуг» «отпуск» «работа».

Для национального героя есть твердое и ясное одно определение — «жизнь».

и он ею располагает

и над ним только Бог

и нет над ним человека.

Национальному герою нравится холмистый морской прибрежный пейзаж с растениями, с камными и выразительными скалами по берегу. Солнце горячее. Нравится путешествие на небольшом парусном корабле.