– Валяй… Помнишь, как у Высоцкого было? Нет, ребяты-демократы, только чай! – Я осторожно взял бутылку в руки.

«Изготовлена из высококачественного… Четыре стадии очистки». Далее следовали непонятные для меня заклинания: «ЗАО РООМ».

Я посмотрел на этикетку с внутренней стороны, там часто ставили всякие разные печати и серийные номера, и тут дыхание мое перехватило…

«Улица Гаражная, д. 4» – гласила надпись мелким шрифтом, просвечивающая сквозь наполнявшую бутылку прозрачную жидкость…

– Подсознание – великая сила, – успокаивал меня на следующее утро бывший профессор неврологии, ныне рыболов-спортсмен Михаил Абрамович. – А вы, батенька, – типичный неврастеник. Бросайте пить, вот мой вам совет. Кстати, признайтесь, пальчики по утрам не дрожат?

– Дрожат, – смутился я. – Как вспомню этот сон… Но каким же, черт возьми, немыслимым образом я мог знать, что сделают с этим самогонщиком?

– Ха, – Михаил Абрамович поморщился. – Да мало ли какие совпадения бывают? Почитайте любой учебник по психиатрии, там такие случаи считаются классическими. Ну, приснился кошмар, с кем не бывает. Вы ведь раньше в Нижнем бывали? Мало-ли, увидели вывеску, провидец вы наш ненаглядный, запомнили в каком-то уголке вашей памяти, а с похмелья вспомнили.

– Да каким же образом я мог… Улица, номер дома. Стол этот с кляксами на зеленом сукне, он же у меня до сих пор перед глазами стоит! При чем здесь подсознание?

– Элементарно, – Михаил Абрамович загадочно улыбнулся. – Вы могли краешком глаза, не отдавая себе отчета, прочесть надпись на этикетке. Вы ведь слышали про то, как в кинофильм врезали кадры из рекламного ролика? Да ну вас, молодой человек, знаете, что я вам скажу? Поехали в субботу с утречка со мной на рыбалку. Мне тут одно замечательное местечко подсказали, форель берет как сумасшедшая. И всю эту оккультную дурь с вас как рукой снимет!

Прав, прав был бывший профессор. Но даже он не знает, какую я нашел для себя отдушину, это мой секрет, о котором я еще никому не рассказывал… В общем, я теперь на ночь пью крепкий индийский чай и перевоплощаюсь в боевого слона.