Пробило девять. Элизабет-Джейн повернулась к своей спутнице.

– Уже вечереет, мама, – сказала она. – Что вы думаете делать?

К ее удивлению, мать стала какой-то нерешительной.

– Нужно найти пристанище, где бы переночевать, – пробормотала она. – Я видела… мистера Хенчарда. Вот все, чего я хотела.

– На сегодня этого, во всяком случае, достаточно, – успокоительно сказала Элизабет-Джейн. – Мы можем и завтра подумать, как нам поступить. А сейчас – не правда ли? – надо решать, где найти приют.

Так как мать не отвечала, Элизабет-Джейн пришли на память слова лакея, что «Три моряка» – гостиница с умеренными ценами. Рекомендация, пригодная для одного, могла оказаться пригодной и для другого.

– Пойдемте туда, куда пошел этот молодой человек, – сказала она. -.Вид у него приличный. Что вы скажете?

Мать согласилась, и они пошли вниз по улице.

Между тем задумчивость, вызванная, как мы видели, запиской, продолжала владеть мэром; наконец, шепнув соседу, чтобы тот пересел на его стул, он воспользовался случаем покинуть председательское место. Произошло это тотчас после ухода его жены и Элизабет.

За дверью парадного зала он увидел лакея и, поманив его, спросил, кто принес записку, которую передали четверть часа тому назад.

– Молодой человек, сэр… какой-то путешественник. Похож на шотландца.

– Он не сказал, как она к нему попала?

– Он сам написал ее, сэр, стоя тут, под окном.

– О!.. Сам написал… Этот молодой человек здесь, в гостинице?

– Нет, сэр. Кажется, он пошел к «Трем морякам».

Мэр, заложив руки за фалды фрака, зашагал взад и вперед по вестибюлю гостиницы, словно наслаждаясь прохладой после жаркой комнаты, откуда вышел. Но не могло быть сомнений в том, что на самом деле им все еще владеет какая-то идея… Наконец он подошел к двери столовой, прислушался и убедился, что песни, тосты и разговоры продолжаются с успехом и в его отсутствие.