Старшина заметил эту особенность и однажды решил меня проверить. В январский трескучий день он, выдавая мне в бане белье, спросил неожиданно: «А с каким вопросом вы обращались ко мне, рядовой Задеев (это уже не юмор, это моя фамилия, в которой ничего смешного нет и происходит она от слова, например, задеть), так вот, с каким вопросом вы обращались ко мне, рядовой Задеев, двадцать восьмого июня прошлого года в восемнадцать часов тридцать пять минут местного времени?» И я, ничуть не растерявшись, четко отчеканил: «Двадцать восьмого июня прошлого года в восемнадцать часов тридцать пять минут, товарищ старшина, я обратился к вам по поводу красить ли щиты наглядной агитации в Аллее Героев только с одной стороны или и с другой, которая вплотную примыкает к кустам и ее все равно не видно?» — «Крась с обоих», — ответил старшина, и я покрасил, счистив предварительно снег и наледь как с кустов, так и со щитов. Другой же запросто мог получить наряд вне очереди за неуставную забывчивость.

Так вот, я умею держать мысль и знаю, куда иду.

А иду я к главному. Прочитав повесть «Война балбесов», а затем и роман, а затем и еще один, я обнаружил, что главным действующим местом этих сочинений является мой родной Полынск, где я вырос и родился, и живу почти безвылазно сорок три года, работая киномехаником в кинотеатре «Москва».

Я обнаружил огромное количество фактических несовпадений и стал узнавать, сколько же прожил в нашем городе автор, что так извратил все — вплоть до географических названий, не говоря уже о людях?

Мой родственник, служивший в определенных органах в городе Саратове (Полынск находится в Саратовской области, а не в Сарайской, как довольно неумно переименовал ее А. Слаповский), помог мне выяснить, хотя я не люблю его и не поддерживаю с ним знакомства, что автор не только не проживал в нашем городе, но даже никогда в нем и не был. Разве что проплывал мимо — поскольку Полынск находится не на придуманной речке Моче (ударение на первом слоге), а на существующей давно и полноводно реке Волге, которая была, когда не было ни автора, ни меня, ни Полынска, ни вообще даже цивилизации по обоим сторонам, за исключением, может быть, доисторических кочевников.