- Мой дед был адвокатом и окончил Петербургский университет, - возразила Рена.

- Ну, не у всех же деды имели высшее образование. Мой был крестьянин. А твой? - спросил он у Фариды.

- Не знаю, - оторвалась та от журнала. - В анкетах я пишу - "из служащих", но, кажется, он был банщиком.

- Это славные ребята, честные трудяги. Ну, может быть, чуть диковатые, но это и здорово! В наш век соблазнов и всевозможных веяний - такая цельность натур! Вы не представляете себе, какие это замечательные люди: честные, мужественные, по-своему нравственные. О таких и надо писать, если ты человек честный, а не о бородатых юнцах, выясняющих за бутылкой коньяка, есть ли любовь, стоит ли учиться и умнее ли старшие младших...

- Ну вот, опять ты оседлал своего конька...

- Не перебивай, Рена. Знаете, зачем я вас сюда привел? - Джангир встал, подошел к двери на балкон. - Сегодня здесь может произойти такое, что вы запомните на всю жизнь.

Девушки настороженно вытянули шеи и из глубины комнаты посмотрели на ларек.

- Вы слышали, я спрашивал на улице про Агабалу? Это шофер. Сидел за то, что задавил человека. А его жена Сона, сестра Мишоппы, родила в прошлом году ребенка от этого одноглазого продавца. Они думали, Агабала не скоро вернется, ему десять лет дали. А он приехал сегодня и, по-моему, сегодня же рассчитается с ними.

- Что значит "рассчитается"? - возмутилась Рена,: - А это мы посмотрим! усмехнулся Джангир.

- Ты что, с ума сошел? Надо позвонить в милицию! Джангир расхохотался. Рена злилась на него, но тоже улыбнулась, очень уж он заразительно хохотал.

- Где у вас телефон? - спросила она.

- Ну перестань! В столовой. Над тобой же смеяться будут в милиции. Какие у вас доказательства? Может быть, бедняга и не собирается мстить. Да, в конце концов, у нас есть свой милиционер - Мустафа.

- Это ужасно, - сказала Рена.

- Ужасно?! Хм! А то, что Сафарали, имея семью, четырех детей, совратил Сону и опозорил Агабалу перед всем городом, не ужасно? Ты считаешь, это пустяки? Нет, дорогая, это тебе не Париж! У нас такие штучки не пройдут: умеешь блудить, умей и кару принять достойно.