– Но я тогда просто не смогла придти из-за плохого самочувствия! – вскричала женщина, хватаясь за голову.

– Вижу, вы правильно понимаете ситуацию. Пора заручиться надежным алиби. А то ведь, представьте себе, вдруг загорится квартира вашего педагога в доме на Брюсовом, и опять же – по причине короткого замыкания. Ох, уж, эти электрики! Как бесстрашно работают в экстремальных условиях!

– Это безумие какое-то, просто страшно слушать вас! Какой вы человек… Скажите, прошу вас! Мне очень не по себе. Не станете же вы утверждать, что на моё уничтожение работает мощная террористическая сеть, а?

– Широким захватом решаются многие проблемы, вы – лишь один из неугодных персонажей. Как-то вам всё время удается выскальзывать…

– Откуда у вас эта информация?

Петр Сергеич похлопал по крышке небольшой, покрытой металлом, тумбочки, стоявшей сбоку от кресла.

– Универсальный базис данных. Система разработана ещё в начале восьмидесятых, но, как водится, не была внедрена. В лаборатории, где её и создали, изготовили несколько экспериментальных образцов. Один достался нам, служит верой и правдой – «Фомичев-систем», и ещё долго будет служить. Зарубежных аналогов пока нет. Даром что ваяли на коленке.

– Фомичев?

– Да, он самый. Вы его когда-то знавали…

– Мы вместе работали, но это было очень давно, ещё в другой стране.

3

Наталья Васильевна глубоко вдохнула весенний уже воздух Тверской и медленно побрела по направлению к бульвару. Недавний разговор, больше напоминавший симпозиум неформалов конца восьмидесятых, в редакции респектабельной многотиражки ее очень утомил и порядком напугал. Конечно, он её просто стращал, что называется. Только зачем?