Традиция -- давняя, традиция дореволюционной русской интеллигенции, которая не холоднокровно, но жертвенно, но иногда отдавая и жизнь, считала целью своей и народной: свободу (народа) и счастье (народа). Как это осуществилось -- знает история. Но независимо от того: _ВДУМАЕМСЯ_ в самый лозунг.

Не входит в нашу тему, но: что понималось под народным СЧАСТЬЕМ? В основном: НЕнищета, материальное благосостояние (вполне совпадающее и с сегодняшним официальным: непрерывный рост материального уровня). Сегодня, я думаю, и без дискуссии можно признать, что для ЦЕЛИ, да еще нескольких поколений, да еще с миллионными кровавыми жертвами, этого маловато. Духовный же сектор счастья хотя и подразумевался кадетской интеллигенцией (социалистической меньше), но очень смутно, это труднее было вообразить себе за малопонятный народ: главным образом, конечно, гражданское равенство, образование (западное), отчасти может быть хороводы, даже и обряды, но уж конечно не чтение Житий святых или религиозные диспуты. Всеобщее убеждение выразил Короленко: "Человек создан для счастья, как птица для полета." И эту формулировку тоже переняла наша сегодняшняя пропаганда: и человек и общество имеют целью -"счастье"...

Хотя кадетская партия для большей близости с народом и назвала себя "партией народной свободы", однако требование "свободы" и понятие о "свободе" весьма слабо были в нашем народе развиты. В своей крестьянской массе народ жаждал ЗЕМЛИ, а это лишь в некотором смысле свобода, в некотором смысле богатство, а в некотором (главном) -- обязанность, а в некотором (высшем) -- мистическая связь с миром и ощущение самоценности.

Внешняя свобода сама по себе -- может ли быть ЦЕЛЬЮ сознательно живущих существ? Или она -- только форма для осуществления других, высших задач? Мы рождаемся уже существами с внутреннею свободой, свободой воли, свободой выбора, главная часть свободы дана нам уже в рождении.