- Почему, почему все московские журналисты на чеченской стороне? Почему их нет в наших частях?

- Да потому что именно Минобороны сделало все, чтобы их там не было. Ваши офицеры не пускали, запрещали, лгали, выгоняли из пресс-центра, вышвыривали с территории армейских баз. Ребята искренне хотели рассказать о проблемах армии, а ваши подчиненные не желали, чтобы репортажи с мест не были не похожими на их победные сводки начальству, в том числе и вам. Они же сообщали, что было приятно слышать, а не то, что есть на самом деле.

Генерал, зло выругав "этих лизоблюдов и усердных идиотов, который страшнее врагов", положил трубку.

Уверен, что сейчас уже другой генерал, радостно докладывая более высокому начальству "об успешной работе с журналюгами", не подозревает, что подобной "работой" он копает яму в первую очередь армии на передовой, у которой, как всегда, множество проблем, и о которых даже штабное начальство в Моздоке не всегда подозревает.

Как правило, генералы проявляют бдительность совершенно не там, где она необходима.

Бдительность - наше оружие

Журналист, получая аккредитацию в пресс-центре, не получает специальный пропуск для прохода на обширную территорию штаба ОГВ. Пройти без него через КПП, которое охраняется вооруженными солдатами, нельзя. Однако не было случая, чтобы в штаб мы не попали.

Иногда действовали объяснения, что бумажка с надписью "Регистрационное удостоверение" и есть наш пропуск. Но самым действенным оружием являлись сигареты. На подходе к любой части, в том числе и самой охраняемой уже на территории штаба ОГВ, достаешь пачку сигарет и тащишь одну из них, якобы закуривая. Дежурный солдат делает охотничью стойку и просит закурить. Угощаешь его, говоря при этом на всякий случай: "К полковнику Смирнову из оперативного управления." Хотя никакого Смирнова, естественно, не знаешь. Боец кивает головой и открывает ворота.