Тысячи и тысячи кораблей везут "за море и обратно" пассажиров, лес и руду, нефть и зерно. Бесчисленные флотилии рыболовных судов денно и нощно пашут голубую ниву, собирая живой урожай.

Все безопаснее становится мореплавание. Все надежнее средства связи и навигации. Но по-прежнему грозен океан, и каждый год сотни судов исчезают в его пучине. Их губят штормы, пожары и столкновения, скалы и мели. Их губят и человеческая алчность, и легкомыслие. Если сложить тоннаж всех судов, затонувших только в 1979 году, получится огромная цифра - 2,3 миллиона тонн! А ведь сюда не входят ни рыболовные суденышки, ни катера, ни яхты водоизмещением менее пятисот тонн.

На перекрестке между оживленными лондонскими улицами Лайм-стрит и Билитер-стрит возвышается, словно крепость из светло-серого камня, здание Ллойда.

Своим рождением эта одна из крупнейших страховых корпораций обязана маленькой скромной кофейне на Тауэр-стрит, одной из многочисленных кофеен, что, как грибы после дождя, появились в Лондоне в конце XVII века. За столиками в ее небольшом уютном зале можно было встретить и бородатых капитанов с загорелыми, продубленными ветрами всех румбов лицами, и степенных арматоров - владельцев могучих бригов и быстроходных клиперов, и пронырливых дельцов, и расчетливых фрахтовщиков.

Мерно текли беседы, поднимались к закопченному потолку кольца дыма из прокуренных трубок, бесшумно скользили между столиками официанты. Здесь можно было узнать последние морские новости, заключить выгодный фрахт, подписать контракт. Хозяин кофейни Эдуард Д. Ллойд, человек деловой и предприимчивый, быстро оценил пользу этих стихийных собраний, и вскоре по его инициативе возникло общество, занявшееся страхованием и классификацией морских судов. В 1696 году вышел первый номер газеты "Ллойд ньюс". На ее страницах сообщалось о выходе судов из всех портов мира и времени их прибытия, о морских катастрофах, о маяках и фрахтах.