Весь день то вспыхивали, то затихали ссоры, перешедшие к вечеру в настоящий бунт. Недовольные нападали на офицеров, сгрудившихся в середине плота. В ход пустили ножи, палки. Драка продолжалась всю ночь, а на утро не досчитались еще двух десятков пассажиров. Людей охватило какое-то безумие. Одни, упав на колени, взывали к богу. Другие, обессиленные страхом, ползали по палубе, кусая друг друга за ноги. Третьи с яростным воплем бросались на соседей. На четвертый день в живых осталось всего шестьдесят три человека.

А когда наступил одиннадцатый день, озверевшие люди выбросили в море раненых, чтобы воспользоваться их скудными порциями пищи.

Прошла еще одна страшная ночь, затем другая. Когда утром тринадцатого дня плот заметили с "Аргуса" и обессилевших страдальцев одного за другим осторожно подняли на борт, их оставалось всего семнадцать. Семнадцать из ста сорока девяти.

Два года трудился художник над огромным - семь на пять метров полотном. Он разыскивал по всей Франции уцелевших участников трагедии, и все новые и новые персонажи, все новые и новые детали возникали под его кистью. И наконец в 1819 году картина,, получившая название "Плот "Медузы"", была завершена. У картины, выставленной в галерее, непрерывно толпился народ, потрясенный трагедией в океане.

Семнадцать из ста сорока девяти. И это всего за двенадцать дней. При запасах, правда небольших, воды и пищи. Нет, не жажда и не голод стали причиной их смерти. Их убил страх.

Все, что читал и видел Бомбар, убеждало его в правоте своих выводов. "Жертвы легендарных кораблекрушений, погибшие преждевременно, - записал он в своем дневнике, - я знаю: вас убило не море, вас убил не голод, вас убила не жажда! Раскачиваясь на волнах под жалобные крики чаек, вы умерли от страха!"

Страх. В нем разгадка. Это он повинен в гибели людей в океане.