Даже и это он проделывал очень обстоятельно, не спеша, подбрасывая в костёр небольшие сухие хворостинки, чтобы огонь лишь только снизу лизал котелок.

Скоро вода в котелке покрылась мелкими белыми пузырьками, потом закипела и подёрнулась серой пеной накипи. Михаил Алексеевич несколько раз снимал деревянной ложкой эту накипь, а затем опустил в котелок приготовленную, вычищенную рыбу. Он отобрал для ухи самых крупных и жирных окуней.

Красивая и вкусная рыба окунь. Одна беда: уж очень крепка у него чешуя. Намучаешься, пока всю её счистишь.

Крупную рыбу обязательно нужно класть уже после того, как всё хорошо прокипит, иначе она так разварится, что потом её нельзя будет есть.

Мы изрядно проголодались и с удовольствием принюхивались к вкусному запаху ухи, к которому примешивались запахи озера, дыма от нашего костра, горелых листьев и травы.

Вот уха и готова. Михаил Алексеевич ещё раз пробует её и снимает котелок с огня. Мы расстилаем газету, достаём деревянные ложки, вкусный деревенский хлеб и усаживаемся в кружок.

Нигде и никогда не бывает так вкусна уха, как сваренная на костре, на вольном воздухе, в тёплую летнюю ночь. И то, что она немного пахнет дымком, делает её только вкуснее.

При свете ярко горящего костра мы с наслаждением черпаем ложками это вкуснейшее в мире варево. Уха очень горячая, приходится долго дуть на ложку. Митя с непривычки обжигается, у него навёртываются слезы. Но он крепится и старается даже виду не показать, что ему горячо. Михаил Алексеевич видит это и наливает ему уху в кружку. Митя смешно вытягивает губы трубочкой и дует в ложку так, что уха выплёскивается и обрызгивает его. С рыбой у него совсем дело не клеится. Он не умеет выбирать мелкие косточки и больше выплёвывает рыбы, чем съедает.

Мастер по этой части - Андрей. Он ест неторопливо, сосредоточенно, внимательно выбирает кости. Особенно любит он рыбьи головы и артистически расправляется с ними.