Лиза, не поев всего два дня, на третий день заплакала, а Ольга не стала плакать. Ольга с утра пошла на третий этаж дома, где жили разные вольные жильцы, и попросила у хозяек работы по домашнему хозяйству, -уроки в этот день она пропустила. Но хозяйки из экономии всюду управлялись сами, и лишь в одной квартире полная женщина, Полина Эдуардовна, велела Ольге вымыть полы, потому что ей самой было трудно нагибаться от излишней полноты тела. За эту работу Ольга получила фунт хлеба, два куска сахара и еще немного денег.

Вернувшись в общежитие, Ольга подождала Лизу, когда окончатся дневные уроки, и разделила с ней пополам хлеб и сахар. Лиза скушала свою долю, но не наелась и опять стала печальной от голода.

-- Скажи мне, какие были сегодня уроки? -- спросила у нее Ольга.

-- Сегодня были неинтересные уроки! -- ответила Лиза.

Ольга нахмурилась:

-- Ты учись теперь за себя и за меня, пока нам стипендию не отдадут, -- сказала она. -- А я буду тебя кормить и у тебя уроки записывать, а по вечерам стану их готовить.

Лиза спросила:

-- А что ты будешь делать?

-- Полы пойду у людей помою, за детьми посмотрю, -- делов везде много, -- грустно сказала Ольга. -- А ты учись, я тебя одна прокормлю.

-- Я есть хочу, -- произнесла Лиза. -- Я не наелась твоим хлебом и куском сахара.

-- Я тебе сейчас еще хлеба принесу, -- пообещала Ольга и ушла из комнаты.

Она отправилась к тетке, но побоялась пойти к ней сразу и села на рельсы, лежавшие на улице против окон теткиного дома. Старые рельсы, неизвестно чьи, находились на прежнем месте, и Ольга с улыбкой встречи и знакомства погладила их рукой. Она сидела долго и видела, что тетка два раза глядела на нее в окно, но тем более ей трудно было пойти в дом родных, хотя Ольга уже давно озябла на зимнем холоде.

Вечером Татьяна Васильевна вышла за калитку и позвала племянницу: