- А я чем могу помочь?

- Все-таки генеральские погоны...

- Ну, ладно уж. Иверскую подняли, - сказал генерал, вставая, и двинулся в сторону будки.

- Эх, авиация! - опять желчно поддразнил Чехардин. - Это даже у Теркина отмечено: "Лишь в согласье все подряд авиацию бранят..."

- К сожалению, на пушке не полетишь.

- Что верно, то верно.

- Вот увидите, генерал Сиверс его уговорит.

Тем временем лейтенант Ночкин уже возвращался из будки. Генерал Сиверс подошел к нему. Ночкин вытянулся, держа трубку у колена.

- Здравия желаю, товарищ генерал.

- Здравствуйте. Если не ошибаюсь, лейтенант Ночкин?

- Так точно, товарищ генерал.

- А это что у вас, лейтенант Ночкин? - спросил генерал Сиверс, указывая тонким, ехидно искривленным пальцем на самолет.

- Самолет, товарищ генерал.

- А, самолет? А я думал - летучий мужской нужник.

- Какой нужник, товарищ генерал?

- Мужской. Знаете? "М" и "Ж". Напрасно вы на дверце своего самолета не изобразили "М". Было бы куда проще.

- Я вас не понимаю, товарищ генерал, - мучаясь, сказал Ночкин. - Это самолет, а не нужник.

- Нет, видимо, зрение вас обманывает, и это именно нужник.

Ночкин стоял, мрачно уставившись в землю.

- Вы шутите, товарищ генерал?

- Что вы, это не я шучу. Это шутка великого математика Давида Гильберта. Слыхали про такого?

- Никак нет, товарищ генерал!

- Ну, вот, - горестно вздохнул Сиверс. - Придется мне заняться вашим образованием. Слушайте. В прошлом столетии знаменитая женщина-математик Эмми Нетер, ранга нашей Софьи Ковалевской... тоже не слыхали?

- Никак нет, товарищ генерал.

- Эх вы! Так вот, когда Эмми Нетер баллотировалась в профессора Геттингенского университета, ученые мужи вашего типа отклонили ее кандидатуру: она-де женщина, а членом университетского сената женщина быть не может. Узнаете аргументацию, а?