- А у вас будет синяк, - сказала Полетаева.

- Сам виноват.

- Повернитесь-ка! - Никифоров послушно повернулся. - Небольшая гематома, скоро пройдет.

Он посмотрел на дорогу, на низкие зелено-серебристые ветлы у реки, где сидел по пояс в прозрачной мелкой воде жилистый загорелый дядька, может быть, какой-то терпеливый заказчик.

- Не расстраивайтесь, почти незаметно, - вымолвила Полетаева. - А хотите тест?

- Тест?

Подъехали к московскому шоссе, Никифоров повернул налево, к городу, а Москва осталась за спиной.

- Спасибо, Александр Константинович.

- Довезу и без "спасибо". Все равно с синяком нечего соваться в дирекцию. - Никифоров наконец улыбнулся. - Тест-то научный?

- Не знаю... Представьте, вы идете по длинной пустынной дороге и находите кувшин. Что сделаете с ним?

- А что в кувшине?

- Нет-нет, без вопросов. Возьмете или не возьмете?

- Не возьму.

- Хорошо, - сказала Полетаева. - Теперь представьте огромную стену. Перелезть или обойти невозможно. Но пройти ее надо...

- Если надо, начну что-нибудь строить, в общем, искать возможности.

- Вы встречаете в лесу медведя - как поступите?

- Медведя я встречал только в зоопарке... А ружье допускается?

- Допускается.

- Тогда он пусть думает, как ему поступать.

"Все в дороге любят поболтать, - подумал Никифоров. - Но она же закрыла нашу харчевню и хоть бы смутилась для приличия".

- А как вы относитесь к лошадям и кошкам?

- Я люблю животных.

- А я кошек терпеть не могу, - призналась Полетаева. - И последний вопрос. Перед вами море. Теплое, чистое, голубое. Вы пришли на берег и что делаете?

Шоссе пошло в гору, замелькали белые столбики ограждения. В конце подъема три столбика лежали на обочине в кучах вздыбленной земли, - кажется, здесь кто-то сорвался.

- Ну что же вы молчите? - поторопила Полетаева. - Море!