И, наконец, сам оледенелый материк Антарктида. К нему вплотную примыкает огромная Земля Александра I. До сих пор ещё в точности не доказано: остров ли это или продолжение материка.
Как появились на карте мира эти русские имена? Их принесли сюда открыватели Антарктиды, отважные русские моряки.
Трудно сказать, когда именно родилась легенда о том, что далеко на юге, в океанских просторах, лежит таинственная Южная Земля…
Ещё в глубокой древности географы были уверены в существовании этой земли. В первой половине II столетия нашей эры греческий геометр, астроном, физик и географ Клавдий Птолемей обозначил Южную Землю на своей карте мира, изобразив её в виде полосы суши, которая соединяет Азию и Африку и уходит на юг.
В начале средневековья карта Птолемея была забыта, но позднее она снова появилась и получила признание многих географов.
Во второй половине XVI века известный фламандский картограф, прозванный «отцом исторической картографии», Авраам Ортелий, словно признав утверждение древних географов, обозначил Южную Землю на своей карте. В то же время знаменитый голландский картограф Герард Меркатор не только дал предположительные очертания неведомого материка, но и заявил, что такой материк безусловно существует, так как он, мол, должен уравновешивать массивы суши Северного полушария. Эти доводы, правда, не получили всеобщего признания, — факты доказывали, что земная поверхность выглядит вовсе не симметрично, — но все же они были толчком к возрождению древней теории о неизвестной Южной Земле.
Когда Магеллан прошёл проливом, носящим теперь его имя, у многих географов возник вопрос: не открыл ли он, сам того не подозревая, Южную Землю? Никто не знал, как далеко простирается суша, оставленная Магелланом на юге. Но уже в 1525 году корабль испанской экспедиции, посланной по пути Магеллана, был отогнан бурей от Магелланова пролива на юг, и капитан корабля Осес увидел «конец земли», то есть мыс Горн.