На большой скорости, оставляя за собой белый инверсионный след, пролетел разведчик погоды. Словно бусы уральского камня, самолет нанизал круглые облачка на толстую крученую нить.

Через поле, по еще росистой траве, Комов шел к стартовому командному пункту. Окрашенный в большую черно-белую шашку СКП был похож на два детских кубика, поставленных уступом один на другой.

Полетами руководил подполковник Ожогин, Открыв расположенные под углом обе рамы окна, с микрофоном в руке, он наблюдал за стартом и воздухом.

Ответственное и сложное дело — руководить полетами. В воздухе иной раз десятки самолетов, и каждый из них выполняет свое задание. Руководитель полетов должен быть отличным знатоком летного и штурманского дела, требовательным педагогом, быстрым и смелым в решении самых неожиданных и острых задач.

Майор Комов сел на лавочку подле СКП. Ему не было известно, кто из летчиков подрулил к старту, но по уверенной и энергичной манере выруливания он узнал старшего лейтенанта Астахова. Самолет взлетел и, набирая высоту, скрылся из поля зрения.

Учебно-тренировочные полеты шли своим чередом. Необозримая, в сотни квадратных километров, площадь неба, строго расчерченная на зоны, была заполнена самолетами. Небо было школой, и в каждой зоне, как в школьном классе, летчик выполнял свое учебно-тренировочное задание.

Стреляя по наземной цели, ходили по кругу на равной дистанции три самолета; они поочередно пикировали над полигоном и, дав короткий залп из пушек, вновь набирали высоту и уходили на круг.

— Двадцать пятый, при выходе на цель у вас большой угол пикирования! — поправил руководитель полетов подполковник Ожогин.

— Понял вас! — ответил летчик.