Жара стояла невыносимая. Автобус был переполнен, поэтому путь до Гатиялиян

– Ах, как я устала. Мне тяжело дышать, – сказала она и стерла со смуглого лба капли пота.

«Несчастная бедная женщина», – подумал я и взял к себе ребенка. Женщина по природе своей несчастное слабое существо, а эта тем более потому, что она была некрасива и даже шелковое сари не красило ее.

Она посмотрела на меня с благодарностью, затем высунулась в окно, и ее тут же начало тошнить.

Я быстро передал ребенка тханедару и, подойдя к шоферу, попросил его остановить машину.

– Господин, какой смысл останавливать здесь машину, – сказал он. – До Гатиялиян осталось каких-нибудь три четверти мили. Там и остановимся у таможни. От прохладного речного ветерка ей станет лучше.

Так мы и сделали.

На берегу реки Джхилам, отделяющей местечко Гатиялиян от города Джхилам, расположена таможня, поэтому здесь обычно собирается огромная толпа: целая вереница путешественников, отправляющихся в Джаму, и столько же идущих из Джаму в Джхилам; нагруженные багажом волы и ослы; бесчисленное количество машин, ожидающих проверки, и, наконец, длинные рыбачьи лодки, привязанные к берегу, дополняли картину этой маленькой пристани. В этой толчее я потерял своих спутников, тханедара, тахсильдара и женщину с ребенком. Багажа у меня было очень мало, поэтому таможенники быстро проверили его. Я нанял кули и отправился к реке.

Как я уже говорил, вначале путь до Гатиялиян был очень трудным, и у меня разболелась голова. Но, по мере того как мы спускались к реке, все больше ощущалась приятная речная прохлада, дышать становилось легче. Ну, а когда мы добрались до берега, у меня появилось желание раздеться и броситься в воду. На берегу росла высокая трава, от которой исходил приятный нежный запах. Далеко-далеко была видна лишь одна вода, по которой бесшумно скользили, легко рассекая воду, Маленькие лодочки и длинные рыбачьи лодки; слышались громкие песни матросов. Это было прекрасное зрелище.