Старик опять поперхнулся.

– Они два раза эту штуку проделали, – продолжал старик. – Что ты говоришь?

Нед лежал оцепенев, не в силах проронить хотя бы слово.

– Не переживай за меня. Они расхвастались по пьянке, а со мной было трое приятелей, и у каждого по кайлу, мы их славно отделали.

Старик помолчал.

– Больше они со мной не шутили. А потом я тоже по-тихому откупил всю их ферму. Вот когда они покусали себе локти!

Но почему-то удовлетворения в его голосе не было.

– А что бы ты сделал на моем месте? – спросил он.

– Убил бы их, – сказал Нед, мысленно увидев, как «лендровер» вжимает в стену малыша Броуди, вскинувшего руки.

– Пожалуй, надо таблетку принять, – сказал старик.

Нед включил свет и дал ему таблетку. Старик отказался запивать, лег на спину и взглянул на Неда.

– А теперь спать, – сказал Нед. Старик вздохнул и повернулся к стене.

– Помнишь тот родник? – спросил он. – Я его вроде как всю жизнь искал.

Проснувшись утром, Нед услышал плеск воды в умывальнике, мычание повеселевшего, отдохнувшего деда – тот брился.

– Будем работать вместе, – сказал дед. – В одной упряжке.

Нед раздвинул шторы. Он не спешил встретиться с ним взглядом.

– Тебе лучше? – спросил он, глядя поверх крыш, тесно обступивших бурый массив ощетинившейся утесами, поросшей соснами горы. Пелена дождя колыхалась перед глазами, как спустившиеся облака. Форменный потоп.

– Дай бог каждый день так себя чувствовать, – отозвался старик. – Спал как убитый.

Судя по голосу, он улыбался.

– Нед, ты это серьезно, ночью?

«В рассказе, – подумал Нед, – молодой герой, конечно, скажет „нет“, а я стою, проглотив язык, и только киваю».

– Потрясающе! – загорелся старик. – И чем скорее ты войдешь в курс, тем лучше. Оглядись, что к чему, и будем разбираться.