В поселке Угумур оказался станок или, по-нашему, чайная. Здесь мы остановились, чтобы немного отдохнуть и выпить чая. Отсюда начинается уже настоящая Гоби — огромная, молчаливая равнина; только чуть слышный монотонный свист ветра нарушает абсолютную тишину, царящую в великой пустыне. В своей северной части Гоби еще имеет вид степи, покрытой редкой низкорослой травой — преимущественно полынью и диким чесноком, или черемшой. Почва — песчанистая, местами же тянутся громадные поля, как бы вымощенные черной щебенкой, образовавшейся в результате разрушения базальтовых массивов, некогда здесь существовавших. И такая голая, унылая равнина тянется на десятки и сотни километров во все стороны, прерываясь кое-где остатками еще не разрушенных отдельных гор и горных цепей. Однообразие и безмолвие Гоби действуют несколько подавляюще, но ее необозримый простор вселяет в душу чувство какой-то легкости и свободы.

Скала «динозавр» в Чойрене

Впереди на горизонте темнели Чойренские горы. Чистота и прозрачность воздуха в Гоби как бы приближает предметы. Вот и сейчас горы, имевшие вид гигантского шатра, казались нам совсем близкими, хотя до них оставалось еще не менее 70 километров.

Солнышко ласково пригревало своими теплыми лучами. Можно было, наконец, снять овчинный полушубок и остаться в одном ватнике. С движением на юг снега становилось все меньше, а ветер начинал дуть сильнее.

К вечеру наша экспедиция добралась до станка Чойрен, расположенного на вершинах гранитных скал, которые в результате выветривания распались на отдельные глыбы и казались причудливыми постройками, созданными человеческими руками. Темные с фантастическими очертаниями скалы были по-своему красивы, но вместе с тем дики и угрюмы. Когда-то здесь был большой монастырь, и различные священные знаки — длинные железные кресты, трезубцы и т. д. — еще сохранились на отдельных камнях.