- Нет, не могу, - подумав, отвечал Белл. - Я все перепробовал. Вам придется самому поискать какой-нибудь способ.

- Умасливать не пробовали?

- Бочки масла пустил в расход.

- А подпруги с медными пряжками не пойдут в дело?

- И не пытайтесь. Я раз рискнул - вот что получилось.

Белл протянул руку. Даже в сгустившихся сумерках я разглядел на тыльной стороне кисти длинный белый шрам, похожий на след когтя, ножа или еще какого-нибудь острого предмета.

- О, вот как! - сказал незнакомец беспечно. - Ладно, поглядим.

Не прибавив больше ни слова, он пошел прочь. Но, отойдя шагов на десять, оборотился и крикнул:

- Вы держитесь подальше, когда я буду принимать груз, а то как бы не сорвалось дельце-то.

- Хорошо, - отвечал Белл. - Я буду действовать в своем направлении.

Смысл этой беседы остался для меня совершенно темен, но, поскольку она не имела ко мне никакого касательства, я тут же выбросил ее из головы. Однако необычайная внешность незнакомца нет-нет да всплывала у меня в памяти, пока мы с Беллом шли к нему домой, и я сказал:

- Этот ваш клиент довольно-таки мрачный тип. Я бы не хотел попасть с ним вместе в буран и быть засыпанным снегом в палатке на охоте.

- Вот, вот, - с воодушевлением подхватил Белл. Настоящая гремучая змея, отравленная укусом тарантула.

- Он не похож на жителя Салтилло, - продолжал я.

- Да, - сказал Белл. - Он живет в Сакраменто. Приехал сюда по делу. Его зовут Джордж Ринго. Это мой лучший друг - единственный, пожалуй, настоящий друг за последние двадцать лет.

Я был так поражен, что не проронил ни слова.

Белл жил в простом, удобном, квадратном, двухэтажном белом домике на краю города. Он попросил меня обождать в гостиной. Это была удручающе благопристойная комната красный плюш, соломенные цыновки, кружевные занавески, подобранные фестонами, и стеклянный шкаф, достаточно вместительный, чтобы держать в нем мумию, и набитый сверху донизу образчиками минералов.