Тогда летчики разложили огромный костер.

Может быть его увидит кто-нибудь?..

Тайга молчит. Туман, сырость. И хоть бы какая-нибудь веточка щелкнула, тогда не было бы так жутко от этой тишины.

Летчики поняли, что они бессильны.

Они опять стоят молча и не знают, что делать.

Вдруг Стерлигов закричал во все горло:

— Огонь!

— Где? Где огонь? — Все всполошились и смотрят в туман.

— Ничего не вижу. — говорит Шестаков.

— И я ничего не вижу, — говорит Болотов.

Фуфаев тоже ничего не видит.

— Да вон, смотрите прямо. Должно быть на вершине горы — костер, — тычет Стерлигов куда-то пальцем.

— Да это не огонь, — говорит наконец, Болотов, — это звезда!

— Ну вот, звезда! Конечно огонь!

— Какой там огонь! Настоящая звезда, — вон ее туман затянул.

Все согласились, что это была все-таки звезда.

— Эх вы! Пенснэ! — сказал Фуфаев.

Опять все стоят молча.

— Вот что, ребята, — предложил Болотов, — давайте спать! Все равно ничего не придумаете. Утро вечера мудренее.

Все согласились. Всех усталость валила с ног.

Залезли в фюзеляж, завалили выход на всякий случай чем попало и захрапели.

Утром Болотов встал первым. Он принялся расталкивать товарищей.

А они спят, как убитые.

— Эй вы, красавцы, пора вставать!

Заспанные летчики вылезли из фюзеляжа.

Все с любопытством оглядываются по сторонам.

«Страна Советов» лежит почти на самой вершине горы. Шасси самолета разбиты. Штук двадцать огромных сосен стоят совсем без макушек, макушки валяются внизу: их срезал, падая, самолет.

Кругом, куда ни посмотришь, — горы, горы и горы, поросшие лесом.

Но теперь ветер качает сосны, тайга шумит.

Над самыми головами пилотов закуковала кукушка.

Уж не считает ли она дни, сколько им сидеть в тайге?