— С легким паром! — сказал ей во дворе зять, и Мария слабо улыбнулась ему в потемках.

Семен опять сидел за столом и, опустив голову, сонно молчал.

— Счас, Сем, немного обсохну и буду стелиться, — сказала Мария, проходя было в свою спальню.

— Нет, погоди, — обронил Семен. — Ты вот не. Там жара... На полу в теплушке стели.

Мария едва только успела перевести дух, раздевшись, но еще больше, чем отдыха, она желала сейчас, чтобы Семен поскорее угомонился. Растворив дверь, она перетащила из спальни перину и одеяло, бросила подушку.

— А ты? — спросил Семен.

Мария принесла и вторую.

— Ложись, Сем, я хоть обсохну маленько.

Со своей кровати свекровь чутко прислушивалась к ним, и, зная это, Мария тяжелела сердцем.

«Дайте хоть минутку роздыху», — мелькнуло в голове.

В спальне у молодых Верка тихо рассказывала Мишке сказку про девочку Машу, и, расчесываясь около голландки, Мария понемногу отходила. Переодевшись в спальне в сухую сорочку, она пошла к Семену. Нащупала край перины, подушку и, вздохнув, легла. Семен уже спал.

«Слава богу», — подумала, успокаивая себя, Мария.

Но ее тяжелые веки почему-то не смыкались.

Из близкой памяти пестрыми кусками выплывал прожитый день, и она с неясным пока вниманием всматривалась в него. Пережитые волнения и радости не оживали, но как-то влекли к себе, и Мария забыла про сон. Вспомнила, как, закончив свою речь, Семенов подходил к какой-то доярке, но подумала сейчас именно о ней, свободно улыбающейся секретарю райкома, спокойно сидящей на своем месте. Ведь не бог знает какая персона, а гляди-ка! Теперь она тоже лежит, наверное, рядом с мужем, может, спит, а может, тоже думает о чем-нибудь по-бабьи.

И Мария вдруг остро позавидовала той доярке. Наверняка все по-иному у нее в жизни, наверняка лучше. Какая она, эта жизнь, Мария себе представить не могла, а подумала теперь о Ксении. О Ксении, которую знали все, но редко вспоминали из-за ее незаметности. Пятьдесят лет прожила она, сыновей в институтах выучила и всегда, сколько знает ее Мария, походила больше на учительницу, чем на доярку. И муж у нее был, редко кто видал его пьяным, чумазым...