Репортеров и телевизионщиков на презентации хватало. Они тоже делились на категории. На пропусках, висящих на груди, помимо фотографии имелась полоска определенного цвета. С красной полосой ты мог приблизиться к сцене, где будет проходить главное действо, и пройти в банкетный зал. С желтой тебя ближе двадцатого ряда не пустят, а с синей ты и в зал не попадешь, лови свою сенсацию у ковровой дорожки на подходе к дворцу и в фойе. У Вени Скуратова была красная полоса, как у репортеров из «Пари матч». Он был одним из ведущих репортеров светской хроники и дружил с некоторыми высокопоставленными людьми из силовых структур. Об этой стороне его деятельности никто не знал. Или почти никто не знал. Репортер-стукач хуже динамита. Пропуск с красной полосой для него выбил начальник следственного отдела городской прокуратуры как для своего сотрудника, работающего под прикрытием. Что ж, в этом была доля правды. У Вени имелось чутье. Такие вечеринки не проходят гладко. Кто-то где-то дергает за ниточки, после чего обрушивается потолок. Не в прямом смысле, разумеется. Внешне ничего не произойдет. Веню не интересовали голливудские звезды и западные бизнесмены. Для них презентация не имела значения. Его интересовали люди, для которых сегодняшний вечер стал знаковым событием, которые готовились к нему год и репетировали каждую фразу перед зеркалом. Здесь они раскрыли свои павлиньи хвосты и будут выкладываться по полной, пыжась и надуваясь, как жабы.

В огромном фойе, где яркий свет отражался не только в хрустале люстр, но и в бриллиантах женских украшений, раздался первый звонок. Публика не спешила пройти в зал. Она еще не насытилась общением. Официанты в белых смокингах продолжали разносить шампанское и угощать гостей. Встреча в фойе имела самое важное значение. Здесь все могли друг друга рассмотреть и оценить, кто кого в чем перещеголял. Швейцарскими часами стоимостью в миллион долларов уже никого не удивишь. Своим присутствием тоже. «Чем ты лучше меня, если и я здесь». Тут нужен неординарный подход.