— Но почему же молчит наше правительство? — восклицал Хвостов. — Этак они высадятся и на Камчатке!

— Правительство так далеко!.. — горестно отвечал сановник. — А здесь некому охранять открытые русскими земли. Только вот мы с вами…

Иногда офицерам казалось, что Резанов нарочно испытывает их, что ему доставляет удовольствие наблюдать их возмущение. Однако осенью 1805 года сановник проявил вдруг неожиданную решимость. Вручив Хвостову инструкцию с разрешением вооруженной экспедиции, он сказал:

— Пора… Давно пора, друзья мои, напомнить коварным японцам, что их владения кончаются на севере Мацмая… Ах, если бы не плохое здоровье, пожалуй, и я отправился бы вместе с вами в этот славный поход, за который ещё возблагодарит вас Россия!..

В тот же день не привыкшие к проволочкам Хвостов и Давыдов начали подготовку к экспедиции. Самым трудным оказалось набрать достаточный отряд надёжных воинов. Но стоило лишь Давыдову рассказать на промыслах о беззаконной деятельности японцев, как свыше двухсот дюжих сибиряков явилось к дому Резанова. Здесь же избрали старшего, и тот сказал вельможе:

— Так что, господин начальник, солдаты уже есть!.. Ребята все гожие, на слабость силёнки не жалуются, а насчёт стрельбы и не спрашивай, — не впервой им белку в глаз без промаха бить…

Американский судовладелец согласился продать Резанову небольшое судно.

— Ещё бы хоть один такой корабль! — говорил Хвостов, осматривая подновлённое, подкрашенное судно.

Но другого корабля не оказалось. Хвостов созвал плотников, столяров, лесорубов, и на оживлённом берегу дружно зазвенели топоры и пилы, а мастер-самоучка принялся чертить на песке план и разрез будущего судна.

— Может, и некрасив будет на вид корабль этот, — смущённо сказал он Хвостову. — Да что делать! Авось до Курильской земли доплывёт!..

— Авось! — подхватил лейтенант. — Мы так и назовём это судно. Авось и пройдёт оно невредимым через океан… Авось и в бою отличится!..