- Говорит, кутька оставим. Он будет гавкать. А Пальма - старая...захлебываясь, со слезами рассказывала девочка. - Ее удавить. Федю позвать...

Валентина вздохнула.

- Сами все - трухли старые. Кто бы нас передушил. То насилочку выпросила: дай Пальму, дай... С ней не буду бояться... Надежа. А теперь - на сук. Не реви, веди сюда Пальму, - постановила она.

Обрадованная девочка умчалась вихрем.

Тимофей, до того лишь рассеянно слушавший девчонку и жену, возразил резонно:

- А нам на кой другая собака? Волчок-то есть. - Услышав имя свое, Волчок молодой поджарый пес - взвизгнул и загремел цепью. - Ксеня-премудрая: то надо ей Пальму, то не надо. А ты - простодырая. Ксеня бы Пальму не забирала, мы бы Волчка не заводили. А теперь собачатник разведем.

- Волчка - на скотий баз, - рассудила Валентина. - Там ворота. Кто чужой сунется, Волчок не пропустит.

Тимофей недолго подумал. Он не любил с ходу сдаваться. Но правда была в словах жены. Пришлось одобрить:

- Вообще-то верно. Там - темный угол: сено, солома. А всякая скотина и птица там. У Алика-чечена собака - у скотины. И правильно. А Волчок, он сторожкий. Никого не пропустит. Да, Волчок, - обратился он к собаке. - Новое тебе назначение. Считай, повышение по службе. Во дворе мы сами себя укараулим. Старуня подможет. А там - основное: куры, утки, поросята, скотина. Будешь стеречь. Понял? Ответственность.

Остромордый, овчаристого вида, но статью потоньше и потому приглядный, Волчок довольно повизгивал, радуясь речам хозяина. Он еще не понял, что новая служба - это скучноватая ссылка. Здесь, во дворе, на глазах у людей - весело. И обеденный стол рядом. Нет-нет да и перепадет сладкий кусок. А на скотьем базу - высылки. Там лишь глупые утки крячут да куры гребутся. Но этого Волчок еще не знал. Валентина отвязывала его и уводила, освобождая место для Пальмы.