Узел хребтов, создавший тяжелые природные условия, ограниченность и скудность естественных ресурсов, в то же время имеющий колоссальные скопления влаги в виде вечных снегов, сохранившихся здесь, вероятно, с доисторических времен, несомненно является фактором развития культуры и жизни прилегающих равнин. Снеговые гиганты дают начало горным потокам и питают множество рек; реки умелой рукой человека делятся на густую сеть арыков – оросительных каналов, а хорошая лессовая почва и знойное южное солнце делают свое дело. На фоне неприступных скал и хребтов, увенчанных белыми чалмами снега, расцветают пышные оазисы, возделывается «белое золото» – хлопок, зерновые и другие культуры.
Так родился и дает жизнь многим сотням тысяч людей Ташкентский оазис, извивающийся к югу вдоль северной ветви Тянь-Шаня и вдающийся в глубь горных громад, образуя здесь обильную, хорошо возделанную и богатую Ферганскую долину.
Но выше, в предгорьях, где на склонах гор галечные и песчаные пространства земли и резкое охлаждение атмосферы ночью не дают возможности разводить культуры субтропических стран, там ютится, строит аул из одной-двух и более мазанок или юрт кара-киргиз. Он привык к лишениям и предпочитает оседлому образу жизни – кочевой. Природа здесь уже не та, что в долине, на равнине. Здесь подчас можно встретить альпийские пастбища, еще выше подальше, в глубь собственно Памира, они теряются в галичнике, а реки принимают вид грозно ревущих потоков. Хмуро нависают над ними черные громады первозданных геологических пород, кряжи которых, забегая за линии вечных снегов, покрыты мощными ледниками.