- Все равно. Наш читатель дошлый, он узнает по деталям.

- Они-то мне и требуются.

- Для вас это художественные детали, а для меня надрез по живому сердцу, сквозная рана. Впрочем, я понимаю, это и есть ваша технология. Предпочитаю иметь дело с металлом...

- Чтобы не углубляться в себя?

- Кажется, мы начинаем по второму кругу. В таком случае вперед! Сейчас я посмотрю вашу программу на сегодня, утвержденную Варварой Семеновной. Вот она. Через сорок минут у вас назначена встреча с нашим замечательным строителем Николаем Ивановичем Рулевским. Он настолько прекрасен и чист, что выступает под собственным именем. А мы тем временем продолжим наш осмотр.

И мы бодро зашагали вперед, углубляясь в технологические пущи.

6

- Поехали, Иван. Мчи сначала на бетонку - и сразу в горком. Через двадцать две минуты совещание. А я пока помолчу, сосредоточусь. Если бетонку к празднику не дадим, нам счастья не видать.

Опять в этом году отпуск пропустил. Прошлым летом уехал в Крым почти тайно, даже название санатория не оставил. На одиннадцатый день дежурная приносит телеграмму. Ну, думаю, устроили всесоюзный розыск, а после узнал: меня в постройкоме выдали - ведь я у них путевку брал - и корешок от нее остался. Всюду мы пускаем если не корни, так корешки...

В телеграмме, известное дело, полный панический набор: "График сорван, необходимо ваше присутствие..."

Рядом с почетными грамотами можно вывешивать неиспользованные путевки на бездельную жизнь.

А ведь есть время и в этом году. Сдам бетонку и напишу заявление: прошу предоставить за неиспользованное время... И пущусь в погоню за прошлогодним снегом.

Я знаю, куда мне ехать. Не теплые края меня зовут, а дальние и давние. Увы, сейчас меня призывает горком. Осталось двадцать минут. Надо сосредоточиться, ведь в горкоме - как на духу, могут задать вопрос на любую тему. Поэтому туда являешься чистенький, как из баньки, при себе только тонны, кубометры, гектары и центнеры - ничего отвлекающего.