В конце 80-х годов религиозный статус острова только-только возрождался; конечно же, Валаам был тогда в полуразрушенном, да что там, в разрушенном, полудиком, дичайшем состоянии. Для точности следовало бы сразу же отбросить фиговый листок приставки п о л у - ; ведь и сегодня по прошествии десяти восстановительных лет ( лет, помноженных в том числе и на суетливую жуликоватость новейших скоробогатов или ещё точнее - возведенных в энную степень свеженаведенной алчности квази-демороссов) остров Валаам остается малоблагоустроенным средоточьем ханжески-религиозного бизнеса со всей мешаниной новодельных культовых построек, полуразрушенных молелен и давних истлевших скитов, а также проступающих то тут то там оспенных пятен (или все-таки новомодных тату) торговых лотков и палаток, где в скудном изобилии глиняных колокольчиков, халтурных подмалевок на бересте и полупромытой гальке, а также бижутерии и прочего ювелирного хлама теплится вожделенная мечта продавцов и хозяйчиков всех мастей о внезапном рывке к их личному процветанию и прогрессу.
Тот мой оставшийся в невозвратном прошлом тезка, "нагревший" меня, увы, и материально, и морально, естественно никакого Валаама не показал, впрочем, может быть, и, слава Богу! Какие "драмы на охоте" миновали нас в свое время стороной никогда не узнать.
А жуликоватый привкус, келейно-прогоркло-тошнотворное послевкусие, в общем-то, благозвучного колокольчиково-разудалого звучания имени Валаам осталось.
Да ещё жалостно-шутливый фразеологизм "Валаамова ослица", который к северному форпосту русской религиозной национальной мысли и вовсе отношения не имеет.
2
Шальной случай-удача забросил меня на Валаам в последние дни июня последнего года истекающего второго тысячелетия новой эры. Боже мой, какой временной слом, какое эпохальное сжатие, какой перевод общечеловеческих стрелок! А я-то по-прежнему почему-то весь в мелких дрязгах, былых и нынешних, весь в натяжении жалких страстишек, тупо тычущийся обожженным, в келлоидных рубцах душевным хоботком в предполагаемые и все-таки желанные соцветия и заповедные травы.