Решение принимать, конечно, вам.

Директор молча посмотрел на министра.

По указанию президента именно он должен принимать все решения. Но министр промолчал. Он и без того знал, что приказ о штурме должен отдать лично он. И отвечать за все в первую очередь придется ему.

В конце зала, у буфета, послышался громкий голос лидера оппозиции. Министр поморщился. Обратился к одному из своих офицеров:

— Постарайтесь убрать его отсюда под благовидным предлогом. Организуйте ему внизу пресс-конференцию, пусть красуется перед журналистами, он это любит.

Они вышли из зала на балкон и посмотрели на стоявший недалеко самолет. Он выглядел, как обычно, если не считать, что в нарушение существующих норм дверца люка оставалась открытой, а трап рядом вообще отсутствовал.

Из люка выглядывал молодой человек с автоматом в руках.

— Осторожнее, товарищ генерал, — попросил кто-то из офицеров, — если он начнет стрелять, пули вполне могут долететь и сюда.

— Не начнет, — махнул рукой министр.

Они стояли на балконе.

— Как мне все это надоело! — вдруг вздохнул министр. — Уехать бы куда-нибудь в деревню.

— Успеешь еще, — сказал директор. — Если сегодня к вечеру не возьмем этот самолет, ты всю оставшуюся жизнь проведешь в деревне, на природе.

— Не каркай, — обиделся министр, — нам вместе отвечать придется.

— Поэтому и говорю. — Директор посмотрел на небо, сегодня какое-то особенно голубое. — Нужно все-таки отдавать приказ о штурме самолета. У нас нет другого выхода.

— Не могу. Понимаешь, не могу. Столько людей положим, нам этого никто не простит.

Нужно тянуть время, как-то с ними договариваться.

— Ну-ну. Либералом стал, — упрекнул Директор ФСБ. — С бандитами хочешь столковаться.