В отеле «Акасака Перл» все говорят по-английски. Никаких проблем. Сию минуту. Я бегу по плавным извивам коридоров. Да где ж у них этот гребаный льдогенератор? Горничные уступают мне дорогу: ныряют за тележки и кланяются. С губ их срывается ликующее «охайо»

Предпочитаю коньяк охлажденным.

Бронзовые двери лифта расходятся. Мне навстречу, поправляя плоскую шляпку, выходит посыльный. «Лед, — кричу я ему. — Лед!» Он улыбается, кланяется, удаляется по коридору. Я семеню за ним по пятам: наверняка льдогенератор где-то здесь, в каких-нибудь нескольких ярдах! Дойдя до середины коридора, посыльный стучится в дверь. Лед… Дверь распахивается. Тип в сине-белом халате протягивает пару черных мужских туфель. Дверь захлопывается, посыльный кланяется темному дереву, оборачивается и обнаруживает меня: я вопросительно гляжу на него сверху вниз. «Лед», — заверяет он меня. И, низко поклонившись, улепетывает прочь.

Возвращаюсь к себе, звоню в «обслуживание номеров».

— Охайо, — отвечает женский голос.

— Охайо. Вы говорите по-английски?

— Миньютечку.

Трубку не вешаю. Синтезатор наяривает «Дом на просторе»

— Чем могу служить? — На сей раз мужчина: да мы явно прогрессируем!

Излагаю свою нехитрую потребность.

— Только лед?

— Только лед.

— А. — Со странным всхлипом втягивает в себя воздух. — Будьте любезны, подождите.

— «Дом, дом на просторе…»

— Чем могу служить? — На сей раз голос другой. Во всяком случае, мне так кажется. А может, все это — часть замысловатой игры, в которую принято играть с иностранцами.

— Будьте добры, мне бы немного льда.

— И что еще?

— Ничего. Просто большое ведерко со льдом. У вас ведь есть лед, я надеюсь?

— Сию минуту пришлю.

— Спасибо вам огромное.