Достаю бумажник, выкладываю перед нами на доски три купюры по тысяче иен.

Миссис Минато и миссис Флиман нетерпеливо подаются вперед. Миссис Накамура слишком хладнокровна, чтобы выказать живой интерес. У миссис Анака вид какой-то сонный.

– Вот небольшое упражнение – я хочу проверить уровень вашего восприятия со слуха.

Все кивают: пока понятно.

– У одного мужчины было три любовницы. Миссис Накамура шумно выдыхает.

Я беру ту банкноту, что слева.

– Он дает тысячу долларов первой любовнице и говорит: пусть делает с ними, что хочет.

– Что хочет? – У миссис Флиман загораются глаза.

– Что хочет.

Миссис Минато шепчет что-то по-японски миссис Флиман, и обе всласть хихикают, закрываясь ладонями, пока миссис Накамура не бросает в их сторону предостерегающий взгляд.

– Первая женщина берет деньги, идет в супермаркет и покупает себе красивый костюм и чудесную пару туфель.

Миссис Анака резко выпрямляется.

– На тысячу иен?

– На тысячу долларов, – поясняет миссис Флиман.

– А.

Я беру ту банкноту, что в середине.

– Мужчина дает второй любовнице тысячу долларов. Она идет в depaato*, тратит пятьсот на новую шляпку. Берет оставшиеся пятьсот долларов и выгодно помещает их, удвоив свой капитал.

Миссис Анака аплодирует. Я беру последнюю банкноту.

– Третья любовница берет деньги и выгодно помещает их все, утроив сумму.

Миссис Минато поднимает руку.

– У меня один вопрос.

– Да?

– А надо им возвращать деньги? Я в недоумении.

– Ну, мужчине, – поясняет миссис Флиман.

– Нет. Деньги – их, они могут делать с ними все, что пожелают.

Миссис Флиман одаривает миссис Минато взглядом из серии «я же тебе говорила».

– Внимание: вопрос, – продолжаю я. – Которая из любовниц – американка?