Правее моего самолета показался второй поворотный ориентир нашего треугольного маршрута. Значит, мы немного отклонились влево. Почему? Компас показывает заданный курс. Очевидно, снес высотный ветер, который мы в расчет не принимали. Командир доворотом исправляет отклонения. Но что за чудо? Над головой звездное небо, внизу тоже. Догадываюсь. Подошли к высокогорному озеру Севан. В нем, как в зеркале, отразились звезды. Какую-то секунду-две любуюсь сказочной картиной.

Наконец наши самолеты выходят на последний, третий отрезок маршрута. Сильным заревом вновь обозначился Ереван. Огни на машине командира резко закачались: машет крыльями, приказывая нам, ведомым, подойти вплотную. Быстро смыкаемся и всем звеном теряем высоту. Сейчас, при подлете к аэродрому, нас поймают несколько зенитных прожекторов. В их слепящих лучах надо пройти, как по ниточке, красивым строем. Сумеем ли? Думаю, что да, ведь не первый полет.

Залп света пронзил небо. Я ослеплен только на миг: глаза, натренированные к световым бурям, тут же впились в серебристо-огненную машину Кочеткова. «Чайка» словно вспыхнула белым огнем. Сразу трудно смотреть. Инстинктивно прищуриваешься, но, не теряя ее ни на долю секунды, летишь крыло в крыло. Сейчас в самолете командира сосредоточено все: и горизонт, и приборы — только по нему определяешь свое место в пространстве. Чутью доверяться нельзя, оно обманчиво, как мираж. В свете прожекторов, режущем глаза, все окружающее выглядит необычным — небо можно принять за землю, а землю за небо. Так оно и есть. Кажется, что самолет ведущего с большим креном куда-то проваливается и ты тоже падаешь в бездну. Но это лишь игра световых иллюзий.

А прожекторы под разными углами, взяв нас в свои длинные клещи, бьют и бьют. Глаза устают от этой игры яркого света с тьмой. Хочется скорее миновать световое прожекторное поле и увидеть снова ночь, как она есть, с ее звездами и темнотой.