Подходы к Ковелю были заминированы, построены проволочные заграждения и даже противотанковые рвы. Все кирпичные дома, особенно с толстыми стенами, были приспособлены к длительной обороне.

С учетом того, что Ковель находился на стыке групп армий «Центр» и «Юг», гитлеровское командование придавало особое значение обороне этого участка фронта.

Со всех точек зрения на ковельском направлении советские войска имели перевес в живой силе и боевой технике. Чувствовалось по всему, что именно здесь будут исключительно тяжелые и упорные бои.

Эхо этих боев доходило до дома, где временно расположился штаб армии. Там в это время находились польские офицеры — наши знакомые капитан Жегота и подпоручник Вихура. Оживленный разговор заглушали залпы артиллерийских и минометных батарей. Находясь в квартире, было трудно установить, кто стреляет, так как позиции немецких войск находились совсем близко. Отчетливо слышны были взрывы снарядов и приглушенное стрекотание автоматов. Это шли бои за Ковель.

— Вчера в десять утра наши войска пошли в наступление, — говорил генерал-майор Филипповский, начальник штаба 47-й армии. — Чтобы достичь внезапности, мы решили начать наступление без артиллерийской и авиационной подготовки. Это у нас редко случается, но сейчас обстановка требовала. Вы видели эти дороги?

— О, мы хорошо их знаем, — заметил капитан Жегота.

— Совершенно раскисли, — продолжал генерал. — Автомашины и артиллерия тонут до осей, поэтому подвоз боеприпасов ограничен. С авиацией тоже пока слабо, у нас имеется более важное направление. Но в общем, и так сделано много. Наши войска уже выбили гитлеровцев из первой полосы обороны и отбрасывают их на Ковель. Сообщения, которые поступают, свидетельствуют, что бои идут успешно. Мы зажимаем врага в полукольцо и будем стремиться к полному окружению ковельской группировки. В таких трудных условиях местности это весьма значительный прогресс, тем более если иметь в виду, что это только первоначальный этап операции.