— Мы кое-что знаем о вашей партизанской дивизии от майора Покровского, от капитана Мордвинова, а также из других источников, — заметил начальник штаба армии. — Говорите, что ваши ребята рвутся в бой. Это хорошо, нам есть за что расплатиться с гитлеровцами. Мы должны спешить, тогда меньше будет несчастья на еще оккупированных землях. Информация, которую вы передали через капитана Гусева, оказалась очень ко времени. Схемы немецкой обороны Ковеля делали, видимо, специалисты, — хвалил генерал Филипповский. — Однако расскажите подробнее о вашей дивизии, о боях, в которых вам пришлось участвовать и бить нашего общего врага, — предложил он, угощая гостей после ужина папиросами.

Жегота с Вихурой рассказали о своей дивизии, которая была сформирована в январе и сейчас уже насчитывала свыше шести тысяч человек, пожаловались на слабое вооружение, особенно на нехватку тяжелого автоматического оружия и противотанковой техники, что в боях нельзя восполнить героизмом и боевым духом солдат… Вспоминали о схватках с отрядами гитлеровцев, о том, как разбили батальон полиции под Устилогом, нанесли удар карательной экспедиции в Замлыню под Владимиром, разгромили два батальона немецкой пехоты, которые были поддержаны пятью танками под Веровом, а немного позже разнесли гитлеровский батальон под Водзином. Говорили о боях с группами УПА в Пятыдне, Стенжажицах, Осьмоговичах… Рассказали о том, что в последнее время вели активные бои, чтобы удержать мост на реке Турья. Здесь Вихура, как участник этих боев, красочно описал налет кавалерийского эскадрона.

— Ребята шли в бой как герои, и это неудивительно, ведь они так долго ждали момента, чтобы сполна отплатить врагу, — кончил подпоручник.

— Много здесь натворили гитлеровцы, и теперь нас можно понять, когда мы используем любой удобный момент, чтобы сразиться с врагом, радуемся каждому успеху, — дополнил Жегота.

Было поздно, и полковник Соловьев, прощаясь, сказал: