В середине января, когда передовые советские отряды вступили на территорию Волыни, из оккупированного Ковеля в мазурские леса вышли отряды новой, 27-й Волынской дивизии Армии Крайовой, а осажденные отрядами УПА деревни и небольшие города в основном остались без мужчин, способных их оборонять. Именно они должны были реализовать ближайшие задачи политики эмигрантского правительства, одной из которых было проведение операции «Буря». Большинство рядовых бойцов Армии Крайовой ничего об этом не знали. Они брались за оружие, чтобы наконец сразиться с гитлеровскими оккупантами. Только немногие аковцы знали, какова основная цель вновь поставленных под ружье отрядов и частей Армии Крайовой: военная демонстрация перед вступающими в Польшу войсками Советской Армии, борьба Лондонского правительства за польские границы до 1939 года, а главное — сохранение политического содержания этого государства и его классовой сущности.
В партизанских отрядах Армии Крайовой, где люди не знали истинных целей борьбы, с каждым днем росла активность рядовых бойцов, которые рвались в бой с фашистами, хотя приказы главного командования Армии Крайовой все еще были сдерживающими. Нелегко уже было остановить боевой порыв тех, для кого борьба давно стала смыслом жизни и которых так долго заставляли ждать, сдерживая приказами конспиративных центров. А о том, что и эти приказы, и более поздние действия эмигрантского руководства били по самым жизненным интересам польского народа, а следовательно, и интересам тех преданных родине партизан Армии Крайовой, они узнали позже…